4259

ЕС и СССР: пути разные — конец один

Лидер Национального Фронта Марин Ле Пен отметилась очередным громким заявлением, направленным против глобалистов. По ее словам, после избрания Дональда Трампа в качестве президента США и референдума в Великобритании выборы во Франции будут очередным шагом, который она охарактеризовала как «глобальное восстание людей».

«Евросоюз погибнет, потому что людям он больше не нужен. Надменным гегемониям суждено исчезнуть с лица земли», — заявила она.

Можно, конечно, традиционно списать все на популизм. Ведь во Франции уже в следующем месяце состоятся президентские выборы, на которых Ле Пен будет одним из фаворитов. Тем более что Ле Пен, как и ее отца, от которого она хоть и открестилась политически, относят к "правопопулистам". А для "правопопулистов" в Европе сегодня ключевые темы — это ограничение миграции и, в более широком смысле, ограничение диктата Брюсселя и восстановление национального суверенитета, вплоть до выхода из ЕС. А еще выход из-под «американского колпака» в лице НАТО. Для чего, понятное дело, необходима нормализация отношений с Россией и в первую очередь отмена санкций, которая выглядит уже далеко не просто символическим жестом, ведь многие страны Европы, особенно Франция, реально страдают от санкционной войны.

Характерно, что столь громкое заявление Ле Пен сделала после своего визита в Россию на прошлой неделе. Нужно ли пояснять, что на фоне антироссийской истерии, раздутой в Европе и в той же Франции, на фоне обвинений Москвы в попытке вмешаться в выборы в европейских странах — такой шаг весьма рискован, ибо дает оппонентам Ле Пен повод повесить на нее клеймо «агента Москвы». Как же так? Вся Европа в едином порыве противостоят России, которая бесцеремонно нарушает все возможные и невозможные международные нормы, оккупирует соседние страны и наращивает свою армию у самых границ Европы, едва ли не к Третьей мировой войне готовится, — и в это время один из главных претендентов на кресло президента Франции — ключевой страны ЕС, едет в Москву и встречается с самим «Демиургом» — Путиным! Невероятно! На этом фоне все предыдущие выпады Ле Пен против Брюсселя выглядят детским лепетом. Это уже открытый вызов. Чтоб не сомневались, что она, в случае победы, за свои слова ответит и мало не покажется никому.


Фото: globallookpress

Насколько это грамотный ход с точки зрения политтехнологий, принесет ли он ей дополнительные голоса тех, кто выступает против глобализма (но по той или иной причине не готов голосовать за ультраправых — например, левые антиглобалисты или те же правоцентристы), или напротив — добавит голосов Макрону, за которого проголосуют только для того, чтобы не допустить опасную популистку к власти — это мы узнаем уже скоро. В любом случае ход интересный и смелый. Ле Пен как бы отрезает все пути к отступлению, дает понять и сторонникам, и противникам, что она намерена идти до конца и никаких компромиссов на этом пути быть не может.

Но опять же — все это предвыборная риторика. Еще не известно, какой будет гипотетический президент Ле Пен. Вспомните, сколько было надежд на Трампа, как ликовали антиглобалисты во всем мире, а в России особенно. Но, как мы видим, все оказалось не так просто, как могло бы показаться на первый взгляд. Против Трампа объединились слишком серьезные силы и ставят ему палки в колеса буквально во всем. Тут уже о нормализации с Россией речи не идет, ибо Трампа сделали заложником ситуации — любой его шаг навстречу Москве будет использован против него. Это что-то типа средневекового орудия пытки, где жертва любым движением причиняет себе боль и приближает смерть. И там уже не только Россия, там ему даже ключевые обещания по внутриамериканской повестке дня – obamacare, мигранты — не дают выполнить, выставляя слабым «лузером» перед собственными избирателями.


Фото: globallookpress

Одним словом, победа антиглобалиста на выборах совершенно не гарантирует, что он сможет реализовать хотя бы часть обещанного, — сопротивление будет беспрецедентным. Впрочем, у Трампа пока достаточно времени, чтобы исправить ситуацию, говорить о нем как о «неудачнике», наверное, пока рано.

Вернемся в Европу, к заявлению Ле Пен. Так что в нем больше: предвыборной популистской риторики или реальной констатации невеселых для Брюсселя фактов?

В минувшие выходные в столице Италии лидеры стран ЕС отмечали 60-летие подписания Римского договора, который и образовал Евросоюз. Напомню, 25 марта 1957 года шесть стран Западной Европы (Германия, Франция, Италия, Нидерланды, Бельгия и Люксембург) решили создать общее пространство для передвижения товаров, услуг, капиталов и людей и подписали договор о Европейском экономическом сообществе (ЕЭС), тогда еще только прообразе современного Евросоюза.

Показательны заявления, сделанные лидерами ЕС в ходе официальных мероприятий саммита и в кулуарах. Так, глава Германии (которую считают фактически главным человеком, принимающим решения в ЕС) Ангела Меркель признала, что Евросоюз в своей политике «не все сделал хорошо». Она также перечислила некоторые конкретные просчеты европейских политиков, в частности в миграционной и экономической сфере.


Фото: globallookpress

«Мы, например, не подумали о защите внешних границ, вводя свободу передвижения. <…> А когда мы создали единую валюту, мы не сделали ее способной выдерживать кризисы».

Глава Европарламента Антонио Таяни также признал, что за время своего существования Евросоюз допустил много ошибок. По его словам, ЕС, как никогда прежде, необходимо единство. О необходимости сохранения единства говорил во время своего выступления и глава Евросовета Дональд Туск. По его мнению, в противном случае Европейский союз вообще может исчезнуть.

Не очень понятно, о каком единстве можно рассуждать, когда отцы-основатели ЕС — Западная Европа активно предлагают внедрить политику «Европы разных скоростей», которая подразумевает разную степень интеграции внутри союза для стран с разной степенью экономического развития. Понятно, что страны Западной Европы очень хотели бы внедрения такой политики, которая сняла бы с их плеч хотя бы часть груза по содержанию бедных стран Восточной Европы, и что сама Восточная Европа категорически против.

Если бы отсутствие единства было единственной проблемой ЕС. К сожалению (или к счастью — кому как в общем), к своему шестидесятилетнему юбилею Евросоюз подходит с совершенно немыслимым грузом проблем, которые ставят под угрозу само его существование. Это, разумеется, проблемы, порожденные мощнейшим экономическим кризисом, который охватил весь мир еще в конце прошлого десятилетия и, наложившись на то самое пресловутое неравномерное развитие (совместный ВВП по паритету покупательной способности десяти стран, вступивших в 2004 году, был примерно равен ВВП не самой экономически развитой страны Западной Европы — Испании, при том, что совокупно населения там почти в два раза больше), привел к тому, что некоторые страны, например Греция, поставили под угрозу существующую в ЕС общую валюту.


Фото: depositphotos

Активное вмешательство стран Западной Европы под зримым и незримым руководством США в дела Ближнего Востока породило грандиознейший со времен Великого переселения народов миграционный кризис, который грозит просто «утопить» Евросоюз.

Кстати, на роль США я бы обратил особое внимание. Сегодняшний ЕС является в прямом и переносном смысле вассалом США и в политике, и в экономике. Это вызывает дичайшее раздражение антиглобалистов во всех европейских странах, которые считают, что их просто лишили суверенитета. Неприятие диктата США сочетается с резкой критикой евробюрократии, которая, по их мнению, является проводниками интересов Америки и давно утратила связь с собственно народами Европы. Тут можно вспомнить и навязываемое Обамой Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнерство, против которого проходят внушительные выступления по всему ЕС (вернее, конечно, в странах Западной Европы, ибо страны Восточной — по сути, являются прямыми вассалами Вашингтона, а вовсе не Брюсселя). И санкционную войну с Россией, которая была навязана Америкой, не испытавшей, в отличие от Европы, от нее ни малейшего дискомфорта.

Ну и, конечно, участие в американских военных авантюрах — НАТО, которая у антиглобалистов ассоциируется с символом утраты суверенитета, что, впрочем, так и есть — Альянс как раз создавался с двумя целями, одной из которых было противостояние с СССР, а другой — закрепление американского политического доминирования в Европе. Напомню еще раз, безрассудная внешняя политика европейских властей, во многом продиктованная интересами «североатлантического единства», и спровоцировала сегодняшний миграционный кризис. Одним из последствий этого кризиса стал терроризм, который наложился на «благодатную почву» — культивируемый Европой мультикультурализм и толерантность.

Результаты мы видим уже сегодня — Великобритания уже соскочила с этого «поезда», несущегося, по мнению британцев, под откос. В случае победы Ле Пен за ней может последовать Франция, а это будет уже конец ЕС, который фактически держится на двух ногах — Франции и Германии.


Фото: globallookpress

Это, конечно, самый страшный сценарий для Брюсселя, потому сейчас все силы брошены на противостояние Ле Пен и потому же сама Ле Пен повышает ставки до предела и идет ва-банк. Но тем не менее «звоночки» раздаются по всей Европе. Это и референдум в Голландии, который чуть было не сорвал «евроассоциацию» Украины, и конституционный референдум в Италии. Это победа пророссийских кандидатов в президенты уже состоящей в ЕС Болгарии и стремящейся в него Молдавии. В Болгарии, впрочем, глобалисты таки отыгрались — на прошедших в минувшее воскресенье парламентских выборах, по данным экзитполов, победила прозападная партия ГЕРБ, опередив основного соперника – Социалистическую партию, на несколько процентных пунктов. Удалось остановить евроскептиков и в Голландии, где правящая Народная партия за свободу и демократию сохранила большинство в парламенте и то, во многом благодаря использованию главного «оружия» евроскептиков — антииммигрантской риторике и искусственно раздутому показушному конфликту с Турцией. Победа эта, впрочем, как и в Болгарии, — относительна, учитывая, что Партия Рютте в количественном соотношении потеряла ряд кресел, а евроскептики Вилдерса из «партии свободы» их приобрели. Сумели еврооптимисты отстоять и Австрию, где кандидат от ультраправых чуть было не победил в прошлом году.

Пока им это удается. Но уже нелегко, с огромным напряжением сил. Возможно, удастся и во Франции, удастся запугать обывателя развалом ЕС и чуть ли не возвращением концлагерей (хотя Ле Пен и пытается отмыться от «националистического» душка ее партии и даже исключила ради этого из ее рядов ее отца и основателя партии Жана-Мари Ле Пена). Но все понимают, что это будет временная передышка. Это сбивание температуры, которое совершенно не приближает выздоровление, ибо проблемы, породившие резкий подъем волны протеста против глобализма, — они не решаются, и они не решаемы для ЕС в нынешнем виде в принципе.

Но почему это стало возможным? Почему мечта о «Соединенных штатах Европы», которая вынашивалась еще с позапрошлого века и в конечном итоге все-таки осуществилась, выродилась в то, что мы в итоге имеем? Что, плохая была мечта?

Еще немного истории. Напомню, что ЕЭС был не первым объединением в послевоенной Европе. Первым стало Европейское объединение угля и стали — ЕОУС (ECSC — European Coal and Steel Community), которое было учреждено 18 апреля 1951 года теми же странами, что спустя шесть лет подписали Римский договор. Договор был заключен сроком на 50 лет, и это объединение планировалось как чисто экономическое. Почему оно возникло?


Фото: europeanrailroads.blogs.wm.edu

После Второй мировой войны и фактического образования биполярного мира СССР и США Европе в этом новом мире места не нашлось. Во всяком случае, традиционного — доминирующего. Необходимость создать некий альтернативный центр диктовала объединение стран Европы в единый, во всяком случае, экономический кулак. Необходимо было объединить усилия для восстановления разрушенного войной хозяйства (на этом фоне СССР свое восстанавливал самостоятельно, а у США ничего и не пострадало). Кроме того, Вторая мировая принесла окончательный распад колониальной системы, и странам Европы нужны были новые рынки сбыта. Наконец, нужна была хотя бы видимость и некоего политического единства, ибо ужасы Второй мировой были еще живы в памяти, а перспектива Третьей, навеваемая начинающимся противостоянием СССР и Запада, также диктовала необходимость «держаться вместе».

Еще раз подчеркну, тогда речь если и шла о создании некоего наднационального политического объединения, то весьма осторожно, и уж точно то, чем стал ЕС сегодня, никому не виделось в самых смелых мечтах. Кстати, Великобритания присоединяться к ЕОУС отказалась из опасения ограничения национального суверенитета. Сегодня большинство британцев понимают, насколько были тогда правы те, кто выступал против объединения, что и подтверждают итоги прошлогоднего референдума.

Впрочем, Британия тогда попыталась создать альтернативное объединение — Европейскую ассоциацию свободной торговли. Однако она вскоре поняла, что ЕЭС — гораздо более эффективное объединение, и от этой идеи отказалась.

Так вот, на смену ЕОУС, которое являлось чисто таможенным союзом (не путать с современным ТС), пришел учрежденный Римским договором ЕЭС. Тут стоит отметить, что процесс превращения его в полноценное политическое объединение растянулся почти на 30 лет, в течение которых границы объединения менялись не столь значительно.

Изначально страны – основатели союза были против его расширения. Президент Франции Шарль де Голль даже наложил вето на решение о вступлении новых членов в ЕЭС. Однако процесс интеграции продолжался, и тогдашний Евросоюз требовал расширения уже хотя бы по чисто торгово-экономическим причинам — нужны были новые рынки.

В итоге Великобритания вступила в ЕС в 1973 году. В том же году вступили Дания и Ирландия. В 1981-м — Греция, в 1986-м — Испания и Португалия.


Фото: depositphotos

Тут надо пояснить, что это сейчас глобалисты и сторонники сохранения ЕС придумали концепцию «разноскоростной Европы». Тогда в странах развитой экономически Западной Европы никому в страшном сне не приснилось бы, что придется объединяться со странами Восточной, которые, освободившись от «коммунистического ига», так и не станут равными партнерами, а скорее нахлебниками и поставщиками мигрантов на Запад.

Первое после окончания холодной войны расширение произошло в 1995 году, когда в ЕС вступили Австрия, Финляндия, Швеция. Но и тогда и речи не могло идти о принятии стран бывшего соцлагеря, а тем более — республик бывшего СССР. Это произошло лишь спустя 9 лет, и на то были причины, прежде всего политического характера.

Если отслеживать вехи превращения экономического союза в политический, то тут стоить отметить создание Европарламента еще в далеком 1959 году, который стал парламентом во всех смыслах фактически лишь двадцать лет спустя, после первых прямых выборов в него. Этот момент я упоминаю специально, чтобы проиллюстрировать, что создание полноценного политического объединения — процесс, растянувшийся на десятилетия.

Следующим важным шагом является подписание Маастрихтского договора, который, среди прочего, постановил проводить общую внешнюю политику и политику безопасности, а также общую политику в области внутренних дел и юстиции. Вот тут уже можно говорить о создании полноценного политического союза, но это было уже в 1992 году — на фоне развала СССР, начала войны в Югославии и краха всего биполярного мира. Это было фактическим началом сегодняшнего ЕС.

Если прообраз ЕС создавался как экономическое объединение, призванное совместными усилиями восстановить разрушенное войной и создать самостоятельный хозяйственный субъект в условиях биполярной реальности, то нынешний ЕС создавался уже как политическое объединение, которое, будучи полностью встроенным в Западный блок (читай — подчинено США), уже не претендовало на роль «третьей силы», но призвано было закрепить итоги холодной войны на евразийском континенте. Для выполнения последнего, в частности, требовалось втянуть в себя бывшие страны соцлагеря и, по возможности, бывшего СССР, чтобы окончательно лишить Россию возможности возродить свое экономическое, а тем более политическое значение.


Фото: globallookpress

Напомню, что страны Восточной Европы (и особенно Польша и Прибалтика, которые сегодня разместили у себя дополнительные натовские контингенты, о чем давно буквально упрашивали Вашингтон) с самых первых дней строительства «демократии» мечтали стать частью Запада (для чего необходимо было вступить в ЕС и НАТО) и отгородиться от России. К слову, желание их было очень сильным, но значительно опережало их реальные возможности существования в рамках западного проекта. Большинство этих стран только начали выстраивать у себя рыночную экономику и по определению не могли быть равными странам ЕС, а ведь концепция ЕС подразумевала именно полное равноправие. А какое может быть равноправие в объединении богача и бедняка?

В общем-то, нетрудно догадаться, что страны Западной Европы были не в восторге от приема таких «партнеров». Но, повторю, тогда была слишком благоприятная для этого конъюнктура, американцы тоже весьма постарались в продавливании решений в среде евробюрократии. К тому же, я вполне допускаю, что Меркель и прочие не лукавят, когда говорят, что раньше просто не могли себе представить, чем обернется ряд решений, которые тогда казались единственно правильными. Тогда на фоне выстраивания принципиально новой политической конструкции в Европе — реализации той самой мечты о Соединенных штатах Европы, была некая эйфория, что вот, мол, холодная война наконец окончена и мы будем вместе со всей Европой строить общий дом, мы наконец смогли полностью преодолеть все те разногласия, которые веками разъединяли нас, растаскивали по противоборствующим блокам и стравливали в войнах. Это и было торжество идей глобализма. Все равны, никаких границ, единая валюта. Это как коммунизм, только… буржуазный. Одним словом — утопия.

Вряд ли много кто тогда утруждал себя даже попытками просчитать будущее на 20 лет вперед. В этом ЕС, строя то, чего еще не было в мире, отчасти повторил печальный опыт СССР и грозит повторить его во всем — до самого конца.

Итак, желание стран Восточной Европы стать членами ЕС и НАТО совершенно понятно. К тому же многие тогда всерьез думали, что вот они вступят и у них тут же будет уровень жизни как на Западе. Удивительно, но спустя 10 лет, когда тот факт, что надеждам не суждено было сбыться, стал совершенно очевидным, тот же путь захотела пройти Украина, для которой попытка стать членом «европейской семьи народов» закончилась крайне трагически. Впрочем, у нее изначально не было шансов, ибо Европа тоже получила опыт и принимать в свои ряды Украину не собиралась. Если бы в Брюсселе могли представить, чем в итоге обернется для Украины да и для самой Европы попытка евроинтегрироваться, — там бы пришли в ужас и никогда бы не заикнулись даже ни о какой «ассоциации». Но история не знает сослагательного наклонения.


Фото: globallookpress

Но тогда страны Восточной Европы всерьез поверили в европейский рай. Правда, вряд ли тогда они сильно задумывались о том, что капитализм не любит халявщиков и что за все придется платить. В частности, Прибалтике пришлось заплатить не только атомной энергетикой, но и практически всей своей промышленностью, а ведь в СССР это были промышленно развитые регионы, думаю, у многих дома стояли радиолы «Латвия», и многие ездили по своим городам на маршрутках производства Рижской автомобильной фабрики (РАФ). Впрочем, эта же судьба постигла промышленность и сельское хозяйство не только Прибалтики. Достаточно вспомнить Болгарию, которой даже запретили выращивать болгарский перец. Это же уму непостижимо, но так решила Еврокомиссия. Болгарский перец теперь выращивается в Италии. Таких примеров — сотни. Сегодня экономика большинства этих стран практически полностью зависит от международной донорской помощи в виде кредитов. Неудивительно. Западной Европе не нужны конкуренты с сильной экономикой.

Восточная Европа дорого заплатила за возможность присоединения к ЕС. Собственно, можно было сразу догадаться, что ЕС не возьмет кого-то на содержание просто за красивые глазки. Содержание Восточной Европы обходится Западной недешево, но взамен она получила доступ на восточноевропейские рынки, свои при этом не открыв. Впрочем, их и нечему было открывать, повторю — производство чего-либо своего в бывших соцстранах было практически ликвидировано. Это самый настоящий колониализм наших дней.

Однако колониализм, как и любое другое политически-экономическое явление, тоже имеет свои временные рамки. Пришел глобальный кризис, и выяснилось, что содержание колоний обходится Евросоюзу намного дороже, чем профит, получаемый от них. Тем более что в периоды глобальных кризисов экономические диспропорции резко обнажаются, и тогда каждый выживает как может. О каком единстве можно говорить? Идея «разноскоростной Европы» — звучит красиво, но лично я смутно представляю, насколько это в принципе реализуемо.

Уже сегодня результатом такой политики стало массовое бегство восточневропейцев на Запад. Население бывших соцстран, в которых, несмотря на «избавление от коммунизма», продолжает падать уровень жизни, растет уровень безработицы, инфляции, растут цены на продукты питания и энергоресурсы, при первой же предоставленной возможности начало искать счастья на "благословенном Западе". Прибалтика с самого вступления в ЕС бьет все рекорды депопуляции, быстро потеряв население, приобретенное за время «оккупации», откатившись к цифрам 1940 года.


Фото: globallookpress

И снова ничего удивительного. Как жители бывших колоний из Азии и Африки сегодня активно заполонили метрополии, так и жители новых колоний тоже рвутся в европейский «Клондайк». И тут вдруг выясняется, что Европа не резиновая. К тому же волна миграции, напомню, легла на благодатную почву мультикультурализма, крах которого сегодня признают ну абсолютно все.

Впрочем, чего вы хотели, господа европейцы? Сначала вы веками эксплуатировали половину мира, потом просто взяли и ушли, оставив двери открытыми. Кто-то серьезно не понимал, что в эти открытые двери хлынет поток тех, кто не хочет жить в разоренных многовековой эксплуатацией и отброшенных едва ли не в каменный век колониях? Так мало того, что дверь закрыть забыли, так еще и начали сами зазывать, проповедуя толерантность и мультикультурность. Вот только выходцы из бывших колоний, как оказалось, (внезапно?) не настолько толерантны и мультикультурны и готовы ассимилировать европейские ценности. К тому же и поводов любить Европу у них, сами понимаете, особо не было.

И если поначалу это было еще терпимо и поток мигрантов удавалось как-то, что называется, удерживать в русле, то миграционный кризис, спровоцированный войнами в Ираке, Ливии и Сирии, превратил поток в реальное цунами, удержать которое уже просто нереально. Я уж не говорю про такой побочный эффект, как терроризм, который достиг небывалого в истории Европы размаха, причем в роли террористов уже выступают сами европейцы — граждане ЕС, рожденные в ЕС.

Первыми забили тревогу в Британии, которая всегда сохраняла максимальную независимость от Брюсселя. И не просто забила тревогу, а обезопасила себя конкретным шагом — на референдуме.

Но только ли Британия? Сегодня протесты против политики Брюсселя (а по факту - политики Берлина, диктуемой в том числе из-за океана) активно выступают во Франции, Испании, Италии, Португалии, Бельгии, Венгрии, Австрии. Дошло до того, что о возможностях референдума, подобного британскому, заговорили не только в странах, где позиции евроскептиков давно и неумолимо набирают мощь, но и в самой… Германии.

Пока что критика Брюсселя во многом сводится к вопросу миграции и навязываемой экономической политики. Но лишь вопрос времени, когда эта критика станет исключительно политической, когда национальные интересы стран ЕС войдут в такие противоречия, которые уже невозможно будет сглаживать.


Фото: globallookpress

Что дальше? Крах зоны евро. Сегодня многие европейские экономисты, в том числе те, кто был горячим сторонником создания еврозоны, признают, что эксперимент с единой валютой провалился.

"Эксперимент пошел по неверному пути с самого начала, а потом проект лишь подвергся дегенерации, превратившись в "фискальную кучу-малу, которая маскирует гнойную патологию", — говорит первый главный экономист европейского Центробанка и один из создателей единой европейской валюты Отмар Иссинг.

Если страны Европы хотят предотвратить скатывание в кризис вместе с уже утопающими, им придется пойти на отмену евро. Что дальше?

Дальше — крах «Шенгенской зоны» со всеми вытекающими – от установки границ до прекращения свободного перемещения людей и капитала, что было главной концепцией еще ЕЭС 60 лет назад. Дальше — возникновение и рост иммиграционных и торгово-валютных конфликтов, которые рано или поздно перерастут в конфликты политические. Дальше неизбежный крах нынешних «демократических ценностей» и установка авторитарных режимов, которые будут единственной альтернативой развалу и анархии. Продолжать?

Но есть ли альтернатива такому концу? О ней заговорили еще сразу же после «Брекзита», когда в западных СМИ появилась информация о том, что Франция и Германия, возможно, готовят некий новый союзный договор, который превратит ЕС в сверхцентрализованное государство, а тех, кто не сможет в него встроиться, — просто отрежет от него. На этом фоне весьма показательны робкие пока попытки даже нынешних евробюрократов немного выйти из-под влияния США в той же военной сфере — я говорю о создании европейской армии, которая нужна Западной Европе для того, чтобы не зависеть от НАТО. Впрочем, это по той же причине не нужно странам Восточной Европы, ведь они-то как раз больше всего боятся лишиться натовского зонтика и остаться один на один со «страшным, агрессивным русским медведем».

Впрочем, по логике, этому будут серьезнейшим образом противодействовать не только сами США, но и правящая евробюрократия, которая кормится от существования самого ЕС, членства в НАТО и т.д.


Фото: globallookpress

Но это по логике. По логике глоаблизма. В нарушение этой логики президентом США стал внесистемный Дональд Трамп, и вот уже США начали косо поглядывать на эту евробюрократию, которая привыкла все делать за американский счет, не внося ни копейки. Понятно, что Трампу сейчас не до этого и до выполнения угрозы едва ли не о роспуске НАТО дело не дойдет, но информация о том, что он предъявил счет Меркель на 375 миллиардов долларов за «услуги НАТО», появившаяся в воскресенье в СМИ, — это серьезное предупреждение. Трамп сейчас занят внутренними проблемами, и не факт, что ему удастся их решить. Но если удастся, можно не сомневаться, что следом он возьмется за европейские дела, и вот тут власть имущим в ЕС будет уже совершенно невесело.

Кстати, говоря о том, что власть имущие в ЕС начали шевелиться и предпринимать робкие шаги к самостоятельности, понимая, что на Америку надежды нет, я упускаю из виду тот факт, что в Германии этой осенью выборы, а во Франции — уже через месяц, так что возможно, что все эти вопросы придется решать уже совсем другим людям. И если одной из них станет Ле Пен, то уже точно многие заплачут не только во Франции.

Когда российских официальных лиц спрашивают, действительно ли Москва хочет развалить ЕС, как о том денно и нощно вещает западная пропаганда, они все отвечают одно: что все это бред и России нужен единый и сильный Евросоюз в качестве надежного партнера.

Увы, боюсь, этого уже не будет. США в 2014-м разорвали в клочья все возможности интеграции Евразии, вбили клин между нами и Европой, который достать так, чтобы один из пациентов не умер, — практически нереально. Страны Европы рано или поздно восстановят отношения с Россией, но… по отдельности.

Характерно, что Америка, которая фактически создала нынешнюю конструкцию Евросоюза, фактически бросила ее на произвол судьбы, один на один с проблемами, которые сама же и породила. «Каждый сам за себя» — вот девиз антиглобалиста Дональда Трампа. Судя по всему, ЕС к такому развитию оказался не готов. Во всяком случае, в нынешнем виде, который или изменится до неузнаваемости, или убьет ЕС.

Прости, «старушка Европа», это была хорошая попытка. Но нет…

Помнится, нечто подобное четверть века назад говорили про СССР с его коммунистическим экспериментом…

Политолог
LentaInform
Mediametrics
NNN
Вверх